Cмотреть прямой эфир Сейчас в эфире:
  • 10:09
  • +13°
  • доллар 73,00
  • евро 85,68

Расскажите всем, что случилось

Пожалуйста, указывайте дату, время и место события, излагайте объективные факты. Вы можете приложить к тексту видео, фотографию или документ. Если вы хотите прислать чужое видео или фото — не забудьте указать ссылку на источник. Мы будем признательны, если вы укажете достоверную контактную информацию, чтобы мы могли связаться с вами и уточнить детали.

Приложите файл

Отправляя этот материал, вы соглашаетесь на передачу всех интеллектуальных прав согласно условиям.

Интервью с писателем Александром Покровским

1069
Поделиться:

Кто служит на флоте? Что объединяет этих людей, для которых фраза «борьба за живучесть корабля» – не только инструкция, но и способ остаться в живых? Накануне Дня ВМФ Юрий Зинчук встретился с писателем Александром Покровским.

Юрий Зинчук: «Саша, слушай. Я хочу рассказать тебе такую историю. Где-то в середине 90-х я снимал базу атомных подводных лодок. В 5 утра мы едем с моряками в автобусе. Чёрные бушлаты, 5 часов утра, все такие хмурые, мрачные. И вдруг – смех стоит. Я поднимаю глаза: все моряки держат в руках книгу "Александр Покровский. Расстрелять". И я подумал: обязательно надо купить. Это сложно писать о флоте, потому что флот с одной стороны – это что-то такое великое, значимое, масштабное. И в то же время – такие истории про коменданта, который требует разорвать зад. Как такое удаётся?»

Александр Покровский, писатель: «Флот – это по ту сторону. Люди флота – они отделены от гражданского населения. Они могут погибнуть. И они это знают. Они знают, что в любой момент, в любой день, в любой ситуации они могут погибнуть. Это делает их другими. Там по-другому ходят, по-другому стоят, по-другому общаются. Свой – чужой — это очень быстро выясняется. Чем тяжелее жизнь, тем лучше люди»

— Я где-то прочитал такую фразу: флот – это не только способ жизни. Флот – это иногда и способ смерти.

— Конечно. Ты проигрываешь много раз. Ты должен проиграть, чтобы в нужный момент не запаниковать. Смерть надо заслужить. Ты всё равно борешься. До последнего. До конца. Все на флоте борются. Борются за живучесть, за корабль, за себя, за друга, за отсек.

— Я очень много бывал на подводных кораблях. Объясни мне, пожалуйста. Какая сила должна затащить человека туда, в это железо, в это ограниченное пространство – что? Ради чего? Ради денег? Ради других высших соображений? Что? Какая сила влечет туда людей? Романтика?

— Романтика заканчивается довольно быстро. Ты понимаешь, что тебя не устраивает скорость жизни. Скорость жизни меня устроила только на подводной лодке. Здесь, на берегу, это всё не моё. Мне неймётся. Я должен что-то делать, а я не делаю. Я простаиваю. Мне это неинтересно. А там просто не успеваешь задуматься – интересно тебе это или нет. Перед тобой стоит задача, которую ты должен выполнить. Обязан на высокой скорости, быстро, с высоким качеством. Ты должен сам себя уважать. Ради уважения все идут. Ты сначала должен научиться подчиняться, потом ты научишься командовать. Как только ты научился и то, и другое делать, выстраивается вокруг тебя мир. Он становится правильным, понятным. Ты знаешь, что ты должен делать для того, чтобы сохранить этот мир, чтобы он не разрушился, чтобы люди остались живы, чтобы дети вернулись. Ты пойдёшь спасать матроса.

— По сути, флот и служба на флоте, особенно на подводном флоте, это такая модель жизни, модель мира. Там всё спрессовано, сжато до секунд, мгновений, должностных инструкций.

— Правильный гармоничный мир. Он граничит со смертью. Смерть выстроила твою жизнь и спрессовала всё так, что ты в этой жизни правильный винтик.

— А чему тебя научил флот?

— Флот научил держать слово. Если я обещал, я должен выполнить. Обстоятельства не принимаются. Врать и воровать нельзя. Можно ловчить – не всё говорить начальству. Или говорить то, что хочет от тебя услышать. И отношение к людям. Например, если человек предал один раз, ты с ним больше ни на какие темы. Никто не исправляет никого. На флоте никто никого не перевоспитывает. Сразу отодвигают в сторону – и всё. И больше не общаются с человеком никогда. У нас организация волчья. У нас волчья стая. И вся справедливость, все оскалы, которые свойственны волчьей стае – они переносятся на наш взвод. 10 волков – это семья. Это и есть стая.

— Может это пафосные слова, но России не было бы без флота. Но как ты как историк, как писатель, который прошёл через флот, как ты это связываешь?

— 11 тыс. км. морских границ нужно охранять. Поэтому нужен флот. У тебя есть, допустим, йод в аптечке – хорошо, чтобы он был не высохший. Он всегда должен быть под руками. Вот это йод.

— А как ты относишься к идее сделать из Петербурга витрину мощи ВМФ?

— Я с этой идеей носился давно. Хорошо, что у меня её украли. Я всё время писал: ребята, у вас такие возможности, Северная столица, форты, такие возможности к туризму, всё надо показывать. Вам осталось только немножко вложить, чтобы это всё сияло. Перед вами эпоха – воспользуйтесь ею!

— Какие тосты говорят моряки? Как поздравляют друг друга?

— Подводники тосты не говорят. Говорят: «Ну, поехали…». Второй тост за женщин. Третий тост за тех, кто в море.

Реклама

Обсуждение