Cмотреть прямой эфир Сейчас в эфире:
  • 13:27
  • +2°
  • доллар 77,77
  • евро 91,56

Расскажите всем, что случилось

Пожалуйста, указывайте дату, время и место события, излагайте объективные факты. Вы можете приложить к тексту видео, фотографию или документ. Если вы хотите прислать чужое видео или фото — не забудьте указать ссылку на источник. Мы будем признательны, если вы укажете достоверную контактную информацию, чтобы мы могли связаться с вами и уточнить детали.

Приложите файл

Отправляя этот материал, вы соглашаетесь на передачу всех интеллектуальных прав согласно условиям.

Евгений Водолазкин о Нобелевской премии по литературе 2020

22
Поделиться:
Юрий Зинчук,ведущий:

«На днях стало известно о решении Нобелевского комитета Шведской академии относительно присуждения премии в области литературы за 2020 год. Премия присуждена американской поэтессе Луизе Глюк. Малоизвестной за пределами Америки. Ей почти 80 лет. И эта очаровательная пожилая поэтесса пишет про цветы, про варенье, про солнечные зайчики в бокале с недопитым вином. Пишет белым стихом. Милая, добрая, светлая.

Но чтобы именно она, эта добрая старушка, взошла на Олимп главной литературной премии мира – это было крайне неожиданно. Нобелевский комитет удивил и на этот раз. А что это было? И куда теперь будет плыть корабль под названием мировая литература современности? Очень интересная тема. И предлагаю поговорить об этом с нашим увлекательным собеседником. Знаменитым петербургским писателем Евгением Водолазкиным. Вот интервью, которое мы записали с ним сразу после объявления о решении Нобелевского комитета».

Юрий Зинчук,ведущий программы «Пульс города»:
«Евгений Германович, первый вопрос. Что это было? Решение нобелевского комитета – это какой-то манифест? Троллинг? Или осознанное решение?»
Евгений Водолазкин,писатель:
«Вопрос, что это было, возникает почти каждый год после объявления лауреата по литературе. Были вещи гораздо более экзотические. Был Боб Дилан. Я как раз находился во Франкфурте, когда выбрали Боба Дилана. Меня спросили: как в России воспринимают решение наградить Боба Дилана? Я сказал: "Мы поняли, что теперь еще немножечко петь". Что касается этого года, мне кажется, что нобелевский комитет хотел дать кандидата, который не вызывает особых "Но" ни у кого. Но при этом ухитрился удивить. Потому что Луиза Глюк не входила даже в 20-ку предполагаемых лауреатов. Там были кто угодно: Мураками, Улицкая… Букмекеры, которые знают все на свете, они формируют 20-ку и нередко угадывают. На этот раз и букмекеры были посрамлены, потому что они даже предположить не могли, что это будет дама почтенная 77 лет, поэтесса, которую знают в Америке, и, кажется, больше нигде. И она, надо сказать, действительно не вызывает протеста. Потому что она пишет гладко, хорошо, со вкусом. У нее немного античности есть. Умеренность и аккуратность. Недаром, формулировка нобелевского комитета включала выражение "строгая поэзия" или "строгая форма". Нобелевский комитет сделал такой выбор. В целом достойный, никого не обижающий».
Юрий Зинчук,ведущий программы «Пульс города»:
«Вы ключевое слово сказали: никого не обижающий. Понятие, которое объединяет всю мотивацию. Для нас, носителей русского языка, Нобелевская премия – это Пастернак, это Бунин, это Шолохов, это Солженицын, это Бродский. И после этого решения мы говорим: это все? Это конец? Король умер? Для нас Нобелевская премия – это не ориентир, куда идет мировая литература?».
Евгений Водолазкин,писатель:
«Всякий финал является одновременно новым началом. Так что не будем торопиться со словом "финал". Если нельзя говорить о том, что это какая-то магистраль, какой-то новый мейнстрим открыт в мировой литературе в отношении глюк, то можно сказать, что это решение было неожиданным. И в этом его свежесть и прелесть. Может быть, это повод немного утвердиться в собственных силах. Я вам скажу без лишней скромности. Читая и русские книги, и иностранные, мы совсем не хуже. Честное слово, совсем не хуже».
Юрий Зинчук,ведущий программы «Пульс города»:
«Литература должна идти за политикой? Или должна параллельно существовать?»
Евгений Водолазкин,писатель:
«На этот случай у нас есть публицистика и журналистика, которая рассматривает оперативно проблемы. Сила литературы не в оперативности. Сила в глубине анализа. А глубокий анализ возможен только на дистанции. Я обычно предлагаю такой образ. Журналистика – это измерение температуры. А литература – это постановка диагноза».
Юрий Зинчук,ведущий программы «Пульс города»:
«А глаголом-то надо сейчас жечь сердца людей?»
Евгений Водолазкин,писатель:
«Да. Но вспомним, о каких пророках идет речь? О ветхозаветных пророках. Одна – предсказание. Неглавная, замечу. А вторая – обличение неправедной жизни. И это было едва ли не основной функцией. В этом смысле нужно жечь. Не в современном смысле, а в библейском. И этим, конечно, должен заниматься пророк. И писатель».
Юрий Зинчук,ведущий программы «Пульс города»:
«Будет ли когда-нибудь написан роман про то, что переживает мир сейчас?»
Евгений Водолазкин,писатель:
«Мне нравится название одного публицистического сборника, в котором я участвовал, он называется "Коронный номер". У меня нет ни малейших сомнений, что этих романов будет сотни, если не тысячи. Может быть, мы еще не понимаем, что это было едва ли не главное событие последних 50 – 100 лет. Это было, бесспорно, уникальное событие в истории. Были страшные революции, войны, катаклизмы. Но это уже было когда-то. Чего не было – чтобы весь мир закрылся на замок. Были пандемии. Но так, чтобы все… Этот вирус и реакция на него знаменует собой, что предел глобализации достигнут. И сейчас пойдет процесс атомизации, разделения на национальные государства».

Реклама

Обсуждение