Cмотреть прямой эфир Сейчас в эфире:
  • 19:36
  • -1°
  • доллар 63,22
  • евро 70,42

Расскажите всем, что случилось

Пожалуйста, указывайте дату, время и место события, излагайте объективные факты. Вы можете приложить к тексту видео, фотографию или документ. Если вы хотите прислать чужое видео или фото — не забудьте указать ссылку на источник. Мы будем признательны, если вы укажете достоверную контактную информацию, чтобы мы могли связаться с вами и уточнить детали.

Приложите файл

Отправляя этот материал, вы соглашаетесь на передачу всех интеллектуальных прав согласно условиям.

Перформанс «Магистраль. Форма звука» в музее железных дорог России

478
Поделиться:

«Сумбур вместо музыки». Сегодня так просто – в стиле постановления о формализме в искусстве – нельзя отмахнутся ни от одного эксперимента со эстетикой звука. На музыку уже давно предлагают взглянуть как на эстетический объект. Прочувствовать ткань, ее носитель и  время. Музыка – искусство, которое не может существовать без времени. Это блестяще раскрывал Джон Кейдж, знаменитая его пьеса «4'33», когда исполнитель все время просто сидит перед роялем. Еще интереснее его сочинение «Максимально медленно». В последней ее редакции оно начало звучать в 2001 году, через два года последовали первые три ноты, через год – еще две. И вот так она будет звучать еще шесть с лишним веков. Специально для исполнения в немецком Хальберштадте был построен орган, который теперь собирает туристов. У нас в Музее железных дорог – занимательный опыт композитора Петра Айду с музыкой, вывешенной не столько во времени, а в пространстве. Со специально созданным для перформанса «Магистраль. Форма звука» инструментом знакомилась корреспондент телеканала «Санкт-Петербург» Дарья Патрина.

Поезда и металлический звук в нашем сознании спаяны. На память приходит и очевидный стук колес, и неочевидное укромное постукивание по колесам, когда и в XXI веке люди в оранжевых жилетах по звуку от удара молотка определяют: не появилась ли в колесе трещина. Возможно, именно потому, что существует контекст, 40 метров конструкций с подвешенными металлическими формами для извлечения звуков так органично вписались в Музей железных дорог России. Материал один – сталь номер три. И вес один – десять килограммов. У этих 90 кусков металла разнятся только формы. И только благодаря форме они звучат так не одинаков.

Выпускник Московской консерватории, перкуссионист Дмитрий Щелкин не в первый раз сталкивается с тем, что называется «открытой партитурой» или «музыкальным эскизом». Звук этих инструментов до конца не изучен. Они созданы в прямом смысле слова «с пылу, с жару» в мастерской художника по металлу Вадима Кондакова. Что-то отдельно заказывалось на производстве. В арсенале исполнителя – лишь несколько вариантов удара. Значение имеет: чем, с какой силой и с какой периодичностью бить.

Петр Айду, известный широкой публике как композитор и музыкант, работающий с антикварными роялями, это свое произведение назвал акустическим исследованием в стиле «шумовой музыки» 20-х годов ХХ века. Но оказалось, что если за сто лет наше зрение привыкло к экспериментам конструктивизма, абстракционизма, концептуализма и прочих -измов, то слух воспринимает подобные эксперименты по-прежнему болезненно. Во время затянувшегося авангардного концерта Музей железных дорог вдруг напомнил вокзал, где люди маются в ситуации ожидания. К металлическим звукам добавились шепот, размеренные скучающие шаги и шуршание одежды тех, кто решился сойти с маршрута. Надежда в том, что идея красива, а партитура открыта для изменений. И, может быть, следующий «металлический концерт» не растеряет в пути своих пассажиров.

Реклама

Обсуждение