Cмотреть прямой эфир Сейчас в эфире:
  • 23:36
  • -3°
  • доллар 58,46
  • евро 69,17

Расскажите всем, что случилось

Пожалуйста, указывайте дату, время и место события, излагайте объективные факты. Вы можете приложить к тексту видео, фотографию или документ. Если вы хотите прислать чужое видео или фото — не забудьте указать ссылку на источник. Мы будем признательны, если вы укажете достоверную контактную информацию, чтобы мы могли связаться с вами и уточнить детали.

Приложите файл

Отправляя этот материал, вы соглашаетесь на передачу всех интеллектуальных прав согласно условиям.

«Шлепок в законе»: зачем декриминализовали побои в семье

175
Поделиться:

Госдума в третьем, окончательном, чтении приняла закон о декриминализации побоев в отношении членов семьи. К чему это может привести? И почему некоторые юристы встают на защиту новой нормы? Репортаж Евгении Альтфельд.

Юрий Зинчук, ведущий: «За нанесенные впервые близким людям побои теперь будут преследовать не по уголовной, а по административной статье. Повторные действия, совершенные в течение года, будут считаться уголовным преступлением. Побоями признаются действия, причинившие физическую боль, но не приведшие к кратковременному расстройству здоровья и утрате трудоспособности. Это цитата из документа. Но с другой стороны, известно много случаев, когда, например, супруга, чтобы отомстить мужу писала заявление на него в полицию и его арестовывали. Очень много сложных ситуаций, которые не разрешить принятием закона. И самый главный вопрос – а станет ли меньше насилия в семье, после того, как этот закон вступит в силу? Репортаж Евгении Альфельд».

Евгения Альтфельд, корреспондент: «В Петербурге есть десяток тайных адресов, где женщины с детьми могут спрятаться и в буквальном смысле слова спастись от домашнего насилия. Они так и называются – убежища. Их постояльцам есть, что сказать о новых поправках в закон».

«Елена» – имя, конечно, вымышленное. С двумя маленькими детьми она прожила в этом убежище почти год, спасаясь от мужа.

— Это в семье, этого никто не видит, а милиция не приезжает. Говорит, это ваша семья, завтра вы поладите и заявление заберете. И разбирайтесь в своей семье сами. Насилие и последствия страха очень серьезные. Мы к психиатру пошли, появился в первом классе энурез.

По новым поправкам, если побои в семье официально зафиксированы впервые, уголовное дело не заводят, виновнику назначают штраф — от 5 до 30 тысяч рублей. Главный аргумент противников такой схемы – жертвы домашнего насилия годами терпят издевательства прежде чем обратиться в полицию. Первый официальный раз уже настоящий крик о помощи.

Елена: «Человек уже взрослый, его в угол не поставишь, пальчиком не погрозишь, административные штрафы не помогут. Наказывать нужно серьезно, люди перестали воровать, когда им стали отрубать руки».

Елена с детьми живет в социальной квартире, но продолжает приходить в убежище к психологу — травма не отпускает.

13-летняя Лена живет в приюте для девочек, родная мать сдала в детдом, приемные родители оказались еще хуже.

Лена: «Меня удочерили, я прожила два года, меня обижали, я пошла в опеку и пожаловалась. Меня сначала отправили в больницу Цимбалина, а потом сюда, и я тут уже два года живу. Меня душили подушкой, закутывали в одеяло, били ногами».

Таких детей в Петербурге — тысячи и далеко не всегда их обидчики несут хоть какое-то наказание.

Алла Амеличкина, директор приюта для девочек: «У меня есть две девочки, которых привезли из больницы, одну избил папа, другую — отчим. И, тем не менее, оба остались на свободе».

Противники поправок считают – изначальная редакция так называемого «закона о шлепках» была справедливей и лучше защищала тех, кто слабее: будь то ребенок или пожилые родители.

Татьяна Щербакова, заместитель директора центра социальной помощи семьи и детям: «Представим такую ситуацию — внук 23-х лет побил свою 90-летнюю бабушку-блокадницу. Такому человеку, на которого дышать страшно, не то, что руку поднять. Это что – тоже не является уголовным преступлением?»

Жертвы домашнего насилия — не обязательно дети алкоголиков. Знаменитую пианистку Полину Осетинскую воспитывали очень жестко во имя высоких достижений, о чем она рассказал в своей книге «Прощай, грусть».

Полина Осетинская, пианистка: «В России ежегодно погибает 14 тысяч женщин от домашнего насилия, это население небольшого города. Размер катастрофы космический, при этом многие продолжают жить в первобытной системе координат, Домострой, бьет – значит, любит. Сама нарвалась. И поощрять закон о декриминализации домашнего насилия, значит быть на одной стороне с насильниками».

Противники поправок подошли к делу творчески. На Малой Садовой активисты устроили семейный ринг, на котором сразились: внук-алкоголик с бабушкой, муж с женой и отец с ребёнком. А российский актер, автор видео в соцсетях напоминает о том, что от домашнего насилия могут страдать и мужчины.

Другая сторона вопроса. Громкое дело многодетной семьи Дель, у которой в Подмосковье органы опеки внезапно отняли 10 приемных детей – у одного из них воспитатели детского сада нашли синяки. По мнению активистов, это тот случай, когда речь идет о перегибах ювенальной юстиции. Друзья Светланы Дель – тоже многодетные родители в недоумении и страхе, в том числе и за свою семью.

Мария Эрмель, многодетная мама: «Сейчас приди в любую семью Петербурга, любого ребёнка можно изъять. Хоть малюсенький синячок будет. Если бы не эта чудовищная ситуация, сложившаяся с моей подругой, мы бы еще ребенка завели. После страшного кошмара, который мы все пережили, муж сказал, что больше мы брать никого не будем».

Многие считают, что закон «о шлепках» приближал Россию к опасным нормам соседней Финляндии, где ребенка забирают при любом, малейшем подозрении. Известный финский правозащитник Йохан Бекман радуется за российских родителей, которых не посадят из-за невинной детской шутки.

Иохан Бекман, правозащитник, Финляндия: «Мудрое решение Государственной Думы».

Западные СМИ уже начали критиковать Россию за «легализацию побоев», но петербургские юристы выдвигают контр-аргумент.

Павел Петрушенко, председатель правления Санкт-Петербургского общества защиты детей: «Очень часто разведенные родители сводили счеты друг с другом. Мать писала заявление, что отец ударил ремнем ребенка, на него заводили уголовное дело. И большинство этих дел закрывалось за примирением сторон когда родители, например, договаривались об алиментах».

Есть мнение, что за «шлепки» теперь будут наказывать даже чаще. Уголовное дело завести сложнее, чем составить административный протокол. Зато штраф насильник будет выплачивать из семейного бюджета. Вопрос — кого наказываем? Спор Домостроя с ювенальной юстицией пока разрешить не удается, ведь каждая сторона искренне считает, что спасает тех, кто слабее. По сути, спорят две культуры: Запад и Восток. И как всегда победит только любовь. К своим близким. А пока в России от домашнего насилия ежегодно погибают 14 тысяч женщин. Население небольшого города.

Евгения Альтфельд
«Пульс города»

День полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады, декриминализация побоев, российские хакеры

Обсуждение