Cмотреть прямой эфир Сейчас в эфире:
  • 21:02
  • +16°
  • доллар 68,63
  • евро 77,96

Расскажите всем, что случилось

Пожалуйста, указывайте дату, время и место события, излагайте объективные факты. Вы можете приложить к тексту видео, фотографию или документ. Если вы хотите прислать чужое видео или фото — не забудьте указать ссылку на источник. Мы будем признательны, если вы укажете достоверную контактную информацию, чтобы мы могли связаться с вами и уточнить детали.

Приложите файл

Отправляя этот материал, вы соглашаетесь на передачу всех интеллектуальных прав согласно условиям.

Культурная эволюция, 25 августа

436
Поделиться:

На пороге осени мы начинаем жить летними воспоминаниями, размышлениями, осмыслениями. Чем примечательны петербургские летние проекты? В чем их уникальность, да и уникальны ли они вообще? Хорошо, что в Санкт-Петербурге есть, о чем подумать! 

 Виктор Высоцкий:  
«Когда-нибудь потом будущие историки нашего города будут писать, что в весенне-летние месяцы первой четверти 21-го века в Санкт-Петербурге были чрезвычайно популярны разного рода open air проекты - проекты на открытом воздухе. Они напишут, без сомнения, о какой-то непреодолимой страсти к театрализации, к превращению прекрасных улиц и площадей, парков и аллей в своеобразное сценическое пространство. В этом году их более двадцати. И прежде чем дать ответы на вопросы, отчего да почему это так, вспомнят историки о том, продолжением какой великой традиции эти петербургские празднества являются». 

Историки вспомнят, наверняка, знаменитые торжества в Версале, резиденции короля Франции Людовика 14-го, в которой парк и дворец взаимно продолжают и дополняют друг друга, где боскеты и трельяжные беседки являлись как бы отражением гостиных и будуаров. Перенос шествий, музыки, танцев  из каменного дворца в парковый - самый громкий пример  open air спектакля галантной эпохи. Петербургский Летний сад – её современник.
  
Но все эти праздники и спектакли в садах были развлечением для знатных и богатых. И получалось так, что  open air– это роскошь, особо дорого сервированное пиршество духа! Но двадцатый век все перевернул, предназначив это пиршество духа для масс! Отчего стало можно говорить о второй молодости и оттого об особой привлекательности этого, по сути седого уже вида искусства.  

Мельпомена и Талия  - музы трагедии и комедии...

Виктор Высоцкий:  

«… с Терпсихорой, Эрато и Полигимнией – ответственными за танец, лирическую и эпическую поэзию, смотрят на нас они из ниш Александринского театра и, вероятно, думают: какое двусмысленное наше положение! Стоим мы здесь, будто охраняем наше искусство в стенах этого театра, а театр нынче повсюду, раскинулся по площадям и улицам Петербурга и, получается, в нашей охране не нуждается. К тому же раньше мы сами отвечали за вверенные нам духовные ценности, а теперь еще придется делить ответственность с духами места…

 … например, с духом Дворцовой площади, где проходит каждый год на день города один из главных опен-эйр проектов «Классика на Дворцовой»

 Виктор Высоцкий:  
«Вот поставили вы сцену у Зимнего дворца. Как-то надо её оформлять? Но ведь  open air – это желание выйти за пределы пространства, как мы говорили. Однако вдруг оказывается, что внутреннее пространство Зимнего дворца вас не отпускает, и дух места заставляет с ним считаться, не забывать о нем хотя бы виртуально, в видеодекорациях сцены». 

После Революции Дворцовая становилась площадкой для грандиозных  open air спектаклей, начало которым положила известная политическая трагедия – штурм Зимнего дворца 25 октября 1917 года. 
  
Продвигаясь по Невскому проспекту, нужно не забыть повернуть на площадь Искусств, приютившую на границе лета и осени «День русской музыки». 

 Виктор Высоцкий:  
«Тут можно и подискутировать, что за дух хозяйничает в этом месте и кто он по национальности (хотя о том, имеют ли духи национальность до сих пор спорят). Тем не менее, вроде бы дух этот должен быть слегка французским – хотя бы из-за Михайловского театра, в котором с 1835 по 1917 год квартировала французская труппа. Однако наличие памятника нашему всему, Пушкину, а главное - представительство Русского музея истребило французский дух в угоду русскому, и вот – следствие — День русской музыки». 

День русской музыки придуман как формат – нелинейный, то есть здесь на площади Искусств в этот день в одновременности можно пережить то, что в прочих местах возможно только последовательно. Шатры по темам плюс малая и большая сцены превращают один день в целую биографию композитора, будь то Шостакович или Чайковский, или же в целую эпоху – композиторов Могучей кучки. А раз в один день дни умножаются, то и одно пространство – множится. Вот такой вот  open air  парадокс! 

Виктор Высоцкий:  
«Дух же площади Искусств очень гостеприимный, поскольку в свое время там же проходит фестиваль «Скрипки на Невском». Но тут уж я обиделся бы на месте духа Невского проспекта: почему это площадь Искусств выступает от его имени?»
Виктор Высоцкий:  
«Один из смыслов проекта open air – это расширение пространства, я бы даже сказал – его символическое преодоление. Но игра смыслов подчас в том и состоит, что иногда идея преодоления пространства уже заложена в самом пространстве. В православном богослужение важен хор, хор как идея общечеловеческого обращения к Богу. И чем больше единичных голосов присоединятся к этому хору, тем лучше, пусть даже все желающие не смогут поместиться в одном пространстве храма. Поэтому сам Бог велел на ступенях Исаакиевского собора устраивать праздник хоровой музыки! Жаль только, что последний раз он велел это пять лет назад!»

Покинем теперь на время город и окинем взглядом некоторые его пригороды: ради чего поедет зритель туда к ним на их открытый воздух?

 Гатчина. Сюда по особым случаям приезжают ради темноты. Два проекта можно назвать фирменными гатчинскими «Ночь музыки» и «Ночь света». Чем музыка в темноте лучше музыки при свете, знают именно там. Возможно, что таинственный, подобный средневековому, дворец, подземный ход, тень мрачного императора Павла, одного из самых знаменитых хозяев дворца, – всему этому очень гармонично вторит романтическое настроение ночи. Правда, помимо музыки в темноте, в Гатчине еще особо привечают оперетту - искусство довольно далекое от ночной романтики. Не обитают ли здесь два духа места? И как только они не подерутся! 
 
Однажды, на 250-летие Гатчины был сделан проект, который по-настоящему был дворцу «к лицу» и именно ко дворцу, а не к парку, поскольку в отличие от всех прочих проектов, устроен он был у фасада, обращенного к парадному плацу. Фестиваль «Опера - всем» подарил юбиляру оперу Вагнера «Тангейзер», действие которой происходит в замке, а её герои – рыцари, совсем как император Павел Первый, ставший первым русским рыцарем, императором- мальтийцем. 
 
Вот мы и заговорили об одном из самых масштабных петербургских проектов последних восьми лет, про «Оперу - всем».

Виктор Высоцкий: 
«Именно опера, покинув стены театра и выйдя к народу на открытый воздух, словно бы сказала: вы  говорите, я сложна,  я элитарна, вы напоминаете мне, что я родилась во дворцах флорентийских синьоров и от рождения несу на себе печать аристократизма? Выпустите меня в пространство Петербурга, и вы увидите, что получится. А уж о декорациях я позабочусь!»

Русские императоры в свое время принимали очень серьёзное участие в подготовке фестиваля «Опера - всем». Они построили под Петербургом множество прекрасных дворцов. И хотя многие из их бывших резиденций, такие, например, как Царское Село, весьма избирательно допускают близость к своему дворцовому телу различных представлений, «Оперу - всем» там, похоже, приняли. 
 
Но, вернемся в город. Можно сказать, что «Опера - всем» вдохнула еще одну жизнь во многие места Санкт-Петербурга. Впрочем, у нас что ни место, то особая атмосфера. Вот, к примеру, острова: на Елагином такое единство природы с  архитектурой, что там просто просятся на open air  природно-усадебные оперы, то есть такие, в которых действие происходит на открытом воздухе.  Что и было сделано «Евгением Онегиным», «Снегурочкой» или «Майской ночью». Возможности open air здесь чувствуются особенно сильно, ведь мы приближаемся к идеальному желанию автора, постановщика и зрителя – увидеть природные сцены на природе, а себя - почти внутри действия, совсем чуть-чуть. И кто мог предполагать, что задний фасад Елагиноостровского дворца вдруг приобретет такое театральное звучание! 
 
Есть метафоры, которые со временем превратились если не в банальности, то в некое подобие аксиом. Одна из них - знаменитое изречение «архитектура – это застывшая музыка». Из этого изречения логически следует, что если архитектура вдруг каким-то образом растает, то потекут звуки. Спровоцировать же процесс таяния могут, скорее всего, только фантазия дирижера и режиссера. 

Виктор Высоцкий:  
«Вот театр Мюзик-холл, в здании бывшего Народного дома императора Николая Второго. Сегодня у него название весёлое, а фасад – строгий, чуть даже суровый.  Что же исполнять здесь – веселое или суровое?»

Как и в случае с Дворцовой площадью, да и прочими площадками для open air проектов, в архитектурную среду, какой бы самоценной она нам ни представлялась, если мы хотим создать убедительное место действия спектакля, должен вмешаться художник. 

Виктор Высоцкий:  
«И снова мы у здания Александринского театра. С деланным спокойствием стоят музы, а может быть, и не с деланным, а вполне настоящим, просто потому что они не знают, что у них за спиной не только театральный зал, спроектированный зодчим Росси, но еще и улица Зодчего Росси, которую однажды, не спросясь у них, превратили в театральный зал, использовав знаменитые 22 на 22, для оперы Верди Риголетто».  

Воистину, Петербург город – театр, где что ни улица или площадь, то сцена  или зал! И у него, можно сказать, два центра. Один светский – Дворцовая площадь, другой – духовный, сакральный - Петропавловская крепость.  Но вот там-то сложнее всего: какие образы будут добро пожаловать рядом с местом, где покоятся монархи? Ответ на этот вопрос содержится в слове «народ». Русская народная драма, будет уместна рядом с Петропавловским собором, а open air  оправдан, ибо народ любит быть близко к царям.   

У художника Александра Бенуа есть цикл картин на тему Версаля, о котором у нас речь шла в начале. Одна из этих картин называется «Король гуляет в любую погоду». Погода – особенно в Петербурге – главный и непременный участник  open air проектов, и далеко не безобидный. Но наша публика, как и французский король Людовик 14-ый, гуляет в любую погоду и в любую погоду она готова наслаждаться спектаклем на открытом воздухе. И да будет так!

Виктор Высоцкий:  
«В Городе, в котором на каждом углу либо играют, либо поют, следует однажды ждать чуда перевоплощения материи: в один прекрасный день должны будут запеть дома, фонари, трамваи и автобусы, превращая Санкт-Петербург в сплошной open air . И первые признаки уже есть: «Поющие мосты»! Под звуки симфонического оркестра и под аккомпанемент светового шоу на день города разводят Дворцовый мост. Так что все — впереди!»

Реклама

Обсуждение