Cмотреть прямой эфир Сейчас в эфире:
  • 12:14
  • +21°
  • доллар 63,78
  • евро 73,68

Расскажите всем, что случилось

Пожалуйста, указывайте дату, время и место события, излагайте объективные факты. Вы можете приложить к тексту видео, фотографию или документ. Если вы хотите прислать чужое видео или фото — не забудьте указать ссылку на источник. Мы будем признательны, если вы укажете достоверную контактную информацию, чтобы мы могли связаться с вами и уточнить детали.

Приложите файл

Отправляя этот материал, вы соглашаетесь на передачу всех интеллектуальных прав согласно условиям.

Буханка из тряпок: история инженера-технолога Кировского завода

273
Поделиться:

Телеканал «Санкт-Петербург» продолжает цикл сюжетов о ленинградцах, переживших страшные годы войны.

Реклама

Герои наших сюжетов были свидетелями страшных событий 40-х. Но не только выстояли в то время, но до сих пор своим трудом умножают достояние страны. 

Сегодня история Эльвиры Павловой. На одном из центральных предприятий города, Кировском заводе, она работает уже более полувека. 

Анна Безкровная продолжит.

Рабочие, секретари, сварщики и столяры. Эльвира Павлова, работающая на предприятии почти полвека, в лицо знает почти всех. Инженер-технолог проверяет каждый чертеж и деталь. До сих пор с понедельника по пятницу, с 8:00 до 17:00, она трудится над новыми машинами. Решает, что, где и каким образом будут строить или ремонтировать. Большую часть времени проводит в кабинете. Но даже сейчас, чтобы еще раз увидеть процесс и убедиться в верности расчетов нередко спускается в цех. 

Эльвира Павлова, житель блокадного Ленинграда: «Это просто сварочный цех. Сварка узлов машин будущих». 

С Кировским заводом связана почти вся ее жизнь. Здесь до и после войны работал отец. Во время блокады семья жила на соседней улице. В молодости отец лишился двух пальцев, на фронт не взяли. Это и спасло семью от голода. 

Эльвира Павлова, житель блокадного Ленинграда: «Отец у меня просто на заводе работал. Мы благодаря отцу и остались. Он всегда оставлял нам свою карточку и уходил на завод. Вот такой кусочек хлеба. Я помню только штукатурку, которую мы с братом съели. Одну стенку точно слупили. Сначала нас мать гоняла оттуда. А потом перестала». 

О том, что такое война, она узнала трехлетней девочкой. Каждый день звуки обстрела и бомбежки. На улицу почти не выходили. Не разрешала мать. Да и сил не было. Единственная радость — сообщения по радио. Их обсуждали взрослые. После этого и детям находилось, о чем поговорить. Воспоминания о том времени скупые. Но некоторые вещи забыть невозможно. 

Эльвира Павлова, житель блокадного Ленинграда: «Единственное, что помню, это что мы все время хотели есть. И я уже на работу пришла. Это был 55-й год. И мы, мои сверстники, все еще были полуголодные. И мы все ждали, когда обед начнется у рабочих».

В блокаду из дома рядом с Кировским заводом пришлось съехать. На лестничную клетку упала бомба. И только чудом не разнесла все вокруг. 

Но самым страшным для маленькой девочки в осажденном городе были не взрывы и холод, а предательство. Несколько раз семью обманывали. Однажды женщина на улице уговорила сестру, девятилетнюю школьницу, отдать карточки на хлеб. Мол, не стоит ребенку долго стоять в очереди. В тот день остались без еды. Чтобы сохранить жизнь детям, мать обменивала на продукты все, что было в доме. 

Эльвира Павлова, житель блокадного Ленинграда: «У меня бабка по матери считала, что я очень на нее походила и подарила крестик. Сняла с себя. И вот все продали, все обменяли, что можно было. И мать у меня сама сняла крестик и пошла менять. Пришли на рынок. Приносит она, наконец, буханку хлеба. Это я помню великолепно. Мы, значит, все на эту буханку уставились. Она посмотрела, взяла ножик. А оказалось, что внутри одни тряпки. Я вот это своими глазами все видела».

Уже после войны через ее строгий взгляд прошли тысячи бумаг. В начале работала в архиве завода. Собственными руками собирала и описывала документы времен Путилова. 

Эльвира Павлова, житель блокадного Ленинграда: «При Путилове чертежи были на маркизете. Материал такой белый. Еще наши при царе на балах у дам были платочки вот как раз из маркизета. Тоненький-тоненький материал. Тряпка. После войны нищета. Ничего же не было. И вот мы эти, которые нельзя, в таз кинешь с водой. Утром приходишь, вся краска сползла. Вся. И тряпку вынимаешь, ну вот как, например, носовой платок после насморка. Вот такой. Пополощешь. И готовы».

Время войны сейчас старается не вспоминать. Слишком сложно. Почти сразу после освобождения от блокады умерла мать и серьезно заболел отец. А только благодаря им она и смогла все это пережить. 

Эльвира Павлова, житель блокадного Ленинграда: «Мы? Ну, что мы? Шпингалеты маленькие. Только благодаря родителям. Отцу и Матери. И тут Бог спас. Я, например, так считаю. Не судьба. Так как она у каждого своя».

Судьбой стал Кировский завод. Здесь, среди бумаг, деталей и десятков цехов она как дома. О любви ко всему, что делает, почти не говорит. Это уже часть жизни, тут и сказать нечего. Да и громких и пафосных слов Эльвира Павлова не любит. Показывать свою нужность заводу, городу и миру привыкла только делами.

 

Реклама

Обсуждение