Cмотреть прямой эфир Сейчас в эфире:
  • 00:33
  • +9°
  • доллар 66,15
  • евро 77,68

Расскажите всем, что случилось

Пожалуйста, указывайте дату, время и место события, излагайте объективные факты. Вы можете приложить к тексту видео, фотографию или документ. Если вы хотите прислать чужое видео или фото — не забудьте указать ссылку на источник. Мы будем признательны, если вы укажете достоверную контактную информацию, чтобы мы могли связаться с вами и уточнить детали.

Приложите файл

Отправляя этот материал, вы соглашаетесь на передачу всех интеллектуальных прав согласно условиям.

«Война и мир» в «Манеже»: в ЦВЗ открылась ретроспективная выставка Вадима Сидура

777
Поделиться:

Война и мир в ЦВЗ Манеж. Только ко Льву Толстому это событие не имеет никакого отношения. «Войну и мир» в центральном экспозиционном пространстве организовал Вадим Сидур. Тот самый художник, чьи работы в том числе повреждены были пару лет назад в результате погрома на московском выставке.

Реклама

В этот раз, будем надеяться, все обойдется без эксцессов. Тем более что выставка эта, по сути, ретроспективная, показывающая скульптуры, созданные автором в течение жизни. Всего — около 100 работ. Вячеслав Резаков расскажет подробнее.

Тот кто в молодости не был революционером, у того никогда не было сердца. Кто в старости не стал консерватором, у того не было ума. Извивы творчества советского скульптора Вадима Сидура прошли через кубизм, дадаизм, собственный нонконформистский стиль гроб-арт, но закончил он неоклассицистом.

Впрочем, в начале была не революция, но война. Страшный удар пули, превративший его, 19-летнего паренька, лицо в кровавое месиво. Вот он, «Раненный» — одна из самых известных работ Сидура. Запечатленный кошмар: распахнувший рот в беззвучной агонии. Травматический опыт определил главные поиски художника — насилие, боль, пограничье, определяющие жизнь и смерть. Война и мир.

В СССР работы Сидура не выставлялись. Это часто вызывает недоумение посетителей выставки у нас и за рубежом. Тематика работ вполне в русле советской идеологии, чуть ли не главным содержанием которой в те годы был антивоенный пафос. Ответ в самой природе монументального искусства.

Иосиф Бродский тонко подметил, что скульптура — искусство прежде всего государственное, символическое выражение власти. Военный памятник городов и весей — бронзовый солдат, ссутлившийся в вечной скорби, однако видом своим провозглашавший оптимистичность трагедии: герои гибнут, а дело торжествует. У Сидура все с точностью наоборот. Выворотни тел, расплескавшие наружу физиологическое страдание, не оставляют сомнений: у насилия не может быть иного итога. За такое и вправду можно положить партбилет, что и вынужден был сделать художник.

Уже не важно было, о чем идет речь: пусть о трагедии Бабьего Яра или эстетике спорта — использовать приемы западного искусства означало предоставить трибуну их агентам влияния. Парадокс монументализма. Эти гротескные персонажи не могли быть приняты отлитыми в металле, хотя в том же самом виде вполне могли жизнерадостно драться и пить на страницах, скажем журнала «Крокодил», или иллюстраций к Рабле.

Сидур ушел в книжную графику, керамику. Любовь земная и святые семейства — так рисует Пискассо, прогрессивный художник -—пусть, так можно. 1000 гравюр, 500 скульптур — пули, выпущенные очередью в неуязвимого и вечного врага. Невозвратную пустоту, на войне с которой Вадим Сидур так остался командиром пулеметного расчета.
 

Реклама

Обсуждение