Cмотреть прямой эфир Сейчас в эфире:
  • 11:33
  • +1°
  • доллар 57,51
  • евро 67,89

Расскажите всем, что случилось

Пожалуйста, указывайте дату, время и место события, излагайте объективные факты. Вы можете приложить к тексту видео, фотографию или документ. Если вы хотите прислать чужое видео или фото — не забудьте указать ссылку на источник. Мы будем признательны, если вы укажете достоверную контактную информацию, чтобы мы могли связаться с вами и уточнить детали.

Приложите файл

Отправляя этот материал, вы соглашаетесь на передачу всех интеллектуальных прав согласно условиям.

Под слоем побелки — пышное убранство. Две церкви Смольного монастыря готовят к реставрации

809
Поделиться:

Две церкви, которые входят в комплекс Смольного монастыря, сегодня обследовали специалисты КГИОП и компания проектировщик.

Чтобы восстановить уникальные интерьеры реставраторам пришлось вскрывать полы и снимать со стен слои краски. Когда начнут работы узнала Мария Марченко.

Эти интерьеры, созданные по эскизам Растрелли, мало кто из специалистов видел, не говоря уже о простых горожанах. До 90-х годов прошлого века помещения церкви святых Захарии и Елизаветы при Смольном монастыре занимал партийный архив. Именно это и спасло уникальное барочное убранство храма.

СЕРГЕЙ САМУСЕНКО, главный архитектор проектной организации «СПБ Проект»:
«Вы видите, здесь буквально все лики сохранились. Дальше, при расчистках увидим фигуры».

Церковь святых Захария и Елизаветы освятили в 1765 году. Ее открыли при Вдовьем доме под самым куполом северо-западной башни комплекса бывшего Смольного монастыря.

Службы шли только по храмовым праздникам. Кроме ликов святых, традиционных для православных соборов, Растрелли украсил интерьер непривычными для нашей культуры головами херувимов. Елизавете Петровне, в честь которой и построили церковь, такой западный декор не понравился, но она пошла навстречу своему любимому обер-архитектору.

СЕРГЕЙ САМУСЕНКОглавный архитектор проектной организации «СПБ Проект»:
«Интересно, что все они ручной работы. И мастер, который их лепил, изображая одних и тех же херувимов в разных церквях все-таки каждого изображал со своим характером».

В советское время фрески и лепнину закрасили. Когда специалисты сняли слой, оказалось, что стены храма теплого золотисто-розового оттенка. Сохранился наборный паркет XVIII века из четырех пород дерева. Он в аварийном состоянии, но будет восстановлен в первозданном виде.

СЕРГЕЙ МАКАРОВ,председатель Комитета по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры администрации Петербурга:
«Нам еще предстоит с университетом, которому сейчас принадлежат помещения, договориться о каком-то совместном использовании в культурных целях. Потому что мы хотим потом все это показывать. Это редкий случай такой высокой степени подлинности декора второй половины XVIII века».

Еще более пышное убранство с позолоченными херувимами в человеческий рост находится в церкви святой Екатерины. До девяностых ее также занимал партийный архив. Кое-где даже остались советские стеллажи и мебель. Под слоем побелки специалисты обнаружили лики святых. Подлинная живопись конца 50-х годов XVIII века.

СЕРГЕЙ САМУСЕНКОглавный архитектор проектной организации «СПБ Проект»:
«Видите, в некоторых местах расчищены надписи, которые говорят, кто здесь написан. Вот видно, например, часть нимба золоченый».

Церковь святой Екатерины — самая большая и богато украшенная из храмов Смольного монастыря. Созданная в честь супруги будущего императора Петра Третьего, она была освящена в 1764 году.

Храм предназначался для монахинь и воспитанниц Общества благородных девиц и размещался на втором этаже северо-восточной башни с курантами. Двухъярусный иконостас был сделан по эскизу Растрелли. Он сохранился и находится в Русском музее.

МАРИЯ МАРЧЕНКО,корреспондент:
«Пока проект реставрации разрабатывают только для одного храма из четырех, входивших в комплекс Смольного монастыря, для церкви святых Захария и Елизаветы. Восстанавливать уникальные интерьеры, созданные по проекту Растрелли, начнут уже в следующем году».

Обсуждение