Cмотреть прямой эфир Сейчас в эфире:
  • 15:53
  • +29°
  • доллар 72,66
  • евро 86,71

Расскажите всем, что случилось

Пожалуйста, указывайте дату, время и место события, излагайте объективные факты. Вы можете приложить к тексту видео, фотографию или документ. Если вы хотите прислать чужое видео или фото — не забудьте указать ссылку на источник. Мы будем признательны, если вы укажете достоверную контактную информацию, чтобы мы могли связаться с вами и уточнить детали.

Приложите файл

Отправляя этот материал, вы соглашаетесь на передачу всех интеллектуальных прав согласно условиям.

Вавиловский институт борется за сохранение уникального генобанка растительных культур

177
Поделиться:

Вавиловскому институту в Петербурге есть, что сохранять – его запасы не раз спасали целые страны. Зачем ботаникам «свой» закон и чем отличается стратегический запас от склада семян, выяснил Александр Одинцов.

Всего в запасниках 325 тысяч образцов со всего мира. Генобанк – один из крупнейших. Больше только у США, Китая и Индии. С семенами, ягодами, крупами тут обходятся едва ли не как с музейными экспонатами. Редкие помещают в специальные криотанки с жидким азотом. В таких условиях их можно хранить едва ли не век, и это действительно нужно.

Владимир Вержук, руководитель группы криоконсервирования растений: «Те образцы, которые надо сохранять от исчезновения. Идет процесс урбанизации, всякие стихийные действия. Чтобы в дальнейшем можно было с ними работать».

После газового хранения их хоть сейчас на грядку. Способу всего 10 лет, до этого приходилось высаживать опытные образцы в сельхозугодьях. Огромную ботаническую карту начал формировать в конце XIX века Вавилов имя создателя по сей день носит институт.

Александр Одинцов, корреспондент: «Основатель российского генобанка Николай Вавилов пополнял свою коллекцию образцами из экспедиции. Так, в 30-х он отправляется в Уругвай и привозит оттуда несколько видов растений. Через 80 лет, уже в Петербург, прилетает делегация из Южной Америки и просит поделиться потерянными растениями. Петербуржцы идут на помощь. Ведь даже сейчас образцы хранятся в институте».

За двумя опытными образцами чечевицы в Северную столицу целой фермерской делегацией недавно приезжали немцы. Педантичные европейцы потеряли и, казалось бы, безвозвратно то, чем сеяли баварские земли. Но здесь эти образцы легко нашли. Ведь в железных коробочках, как в библиотечных формулярах, все четко, по порядковым номерам. Если корешки замораживают, то вершки в институте принято сушить. Здесь 350 тысяч гербарных листов. Первые также собраны самим Вавиловым. Тут и дата – 1901 год.

Тамара Смекалова, заведующая отделом агроботаники: «Это совсем другая и по типу хранения, и по назначению другая коллекция. Если мы изучаем мятлик, то надо, чтобы он был с его северной границы распространения до южной и с западной – до восточной».

Сохранять сегодня приходится не только образцы, но и сам институт. Четыре года назад опытную станцию в Павловске пытались забрать под строительство жилья. Но тогда отстояли. А после битвы сотрудники института разработали закон о сохранении генетических ресурсов России. Сейчас его рассматривают в Госдуме.

Николай Дзюбенко, директор Всероссийского института растениеводства: «Чиновники говорят: «Ну, а что такое коллекция, склад семян!» Мы с этим не согласны. Доказывали, что это стратегический запас, является основным биологическим элементом безопасности. Если будет принят закон, то государство будет нести ответственность».

Мировые державы к таким фондам семян относятся серьезно. Показателен хотя бы тот случай, когда в декабре 2012 к концу света по календарю Майя, всемирное хранилище в норвежском Шпицбергене пополнилось до рекордных двух миллионов семян главных сельскохозяйственных культур планеты. О такой заботе ученые-вавиловцы только мечтают.

Пока же приходится содержать коллекцию едва ли не на собственные деньги.

Репортёры

Реклама

Реклама

Обсуждение